ПОЛИТИКА
Вертикаль власти
Утечка информации
Наше мнение
Для служебного пользования
Коридоры власти
Детектор правды
Партия власти
Тема номера
Рычаги влияния
Дебаты
Специальный репортёр
Без Комментариев

ЭКОНОМИКА
Обзор рынка
Рейтинг компаний
За компанию
Нацпроекты
Деловой климат
Рейтинг
Паблисити
Цена вопроса
Правила игры
Наш прогноз

ОБЩЕСТВО
Наше расследование
Наше дело
Наши люди
Наши деньги
Личное дело
Наша жизнь
Наш взгляд
Власть закона
Вокруг ЮФО
Южная неделя

КУЛЬТУРА
Наша культура

СПОРТ
Новости спорта
Мужские игры



ГЛАВНАЯ     ПОЛИТИКА     ЭКОНОМИКА     ОБЩЕСТВО     КУЛЬТУРА     СПОРТ   

Охота на «живца»

Категория: Общество, Наша жизнь  |  автор: admin
У нашей собеседницы звонкий девичий голос и большие грустные глаза. О том, что она жена боевика, Зухра узнала в 2004 году, когда произошло нападение на Управление Госнаркоконтроля в Нальчике. Тогда о причастности Анзора Астемирова к этому событию говорили все СМИ, а Зухру первый раз допросили. — В 2000 году я вышла замуж за студента высшего духовного заведения. Вместе мы прожили до ноября 2004 года. Все это время Анзор глубоко изучал ислам, уезжал, приезжал, а я воспитывала сына. Ни о какой подготовке нападения на Госнаркоконтроль я не слышала, — уверяла Зухра милиционеров. В июле 2005 года решением мирового судьи брак Анзора и Зухры был расторгнут, так как фактически жена не видела своего мужа больше года. Однако после 13 октября 2005 года, когда было совершено вооруженное нападение на Нальчик, в котором также подозревают Астемирова, внимание к ее персоне усилилось. — Я уже три года не имею никакого отношения к Астемирову, и никогда не имела отношения к преступлениям, в которых он подозревается. Он никогда не посвящал меня в свои планы. Но сотрудники милиции все время держат меня и сына в поле зрения. За все это время я ни разу не получала официальной повестки на допрос. За мной либо приезжали, либо звонили и требовали, чтобы я пришла, иначе будут «вылавливать» на улице. Каждый такой звонок или приезд для меня и сына оборачивался не только стрессом, но и поиском нового жилья: хозяева снимаемой мною очередной квартиры не хотели иметь никаких связей с семьей боевика, — говорит Зухра. — Сына пришлось дважды переводить из садика в садик: директора не хотят проблем из-за воспитанника по фамилии Астемиров, а дети отворачиваются от него. А скоро мальчику в школу, что там будет? Хотела поменять сыну фамилию, но администрация Нальчика под всякими предлогами отказывает. 27 мая 2007 года Зухра второй раз вышла замуж за кабардинца Ибрагима, уроженца Нальчика. Думала, начнется новая жизнь — уехала в Адыгею, к мужу. — Со дня нашего приезда началась слежка и за мной, и за мужем. Ее стали замечать даже соседи, спрашивали — что случилось? — рассказывает Зухра. — Прожив там пять дней, я вернулась в Нальчик: предстояла третья попытка сменить сыну фамилию. В это время моего нынешнего мужа сотрудники РУБОП МВД Адыгеи забирают из дома и возбуждают уголовное дело за хранение оружия. В личной беседе мне предложили сообщить, где находится Астемиров, и тогда дело будет прекращено. Я очень хочу помочь Ибрагиму, ради него я и начала писать письма во все инстанции с просьбой о помощи, я обязана это сделать! Но я не знаю, где находится Астемиров! Однако, как рассказал на условиях анонимности источник «ЮР» в силовых структурах, зачастую жизнь бывших жен боевиков продолжается другому сценарию: террористы за деньги нанимают людей, которые женятся на их бывших подругах и вывозят семью в безопасное место, где она и существует потом под чужой фамилией. Зухра утверждает, что она — не тот случай. — Мой второй муж Ибрагим, мой сын и я стали жертвами, — заключает Зухра. — У меня нет больше сил — быть «живцом» в охоте на Астемирова. В период активных боевых действий в Чечне, да и потом, вплоть до 2005 года, выманивание боевиков путем захвата в заложники их близких родственников практиковалось не так уж редко. Отцы, матери, жены, братья и сестры служили переговорщиками, увещевая боевиков сдаться. Но нередко члены семей становились предметом обмена: вы — выходите из подполья, а мы — оставляем в покое ваших детей. — Наши силовые структуры перенесли нормы традиционного права, которые характерны как раз для боевиков, на собственные отношения, начали играть по их правилам, — поясняет «ЮР» Станислав Маркелов, представитель общественной организации «За права человека». — Как у боевиков принята семейно-родовая ответственность, так и наши силовики стали использовать те же принципы. Тем самым поставив себя на одну доску с ними: их род воюет против русских, а русские воюют против их рода. — Родственников группами задерживали и требовали, чтобы явился боевик. Фактически людей захватывали в заложники до того момента, пока боевика либо не убивали, либо не брали в плен, — подтвержадет Шахман Акбулатов, руководитель северокавказского представительства «Мемориал». — Известен случай с семьей бывшего «министра обороны Республики Ичкерии» Магомеда Хамбиева. Он сдался после того, как все родственники-мужчины были взяты в заложники, несколько десятков человек. Забирали отца, жену и ребенка Доку Умарова (одного из «президентов Ичкерии» и лидера НВФ). Жену и ребенка удалось вызволить, а отец так и сгинул. Таких случаев намного больше, но о них мало что известно, ведь о семьях рядовых боевиков вообще никто не говорил. Сейчас, по мнению экспертов, захват семей боевиков в заложники почти не практикуется. — Мы отслеживаем все случаи, когда в отношении гражданских лиц происходят какие-либо правонарушающие действия боевиками ли федералами ли — разницы нет. К категории гражданского населения относятся и жена боевика, и его ребенок, и его мать. Сегодня таких нарушений гораздо меньше, — уверяет «ЮР» Усам Байсаев, представитель назранского «Мемориала». — Это связано с тем, что сейчас всеми операциями в Чечне занимаются чеченцы, исчезла этническая составляющая конфликта. Противостояние Кадырова и тех же боевиков идет очень часто на личной основе, между ними кровная месть. Даже политическая составляющая — за территориальную независимость или за федеральную принадлежность — ушла на второй план. Ему вторит и уполномоченный по правам человека в Чечне Нурди Нухажиев: — Если бы существовали такие проблемы — люди бы к нам на прием приходили, заявления писали. Но у нас даже тема эта не на слуху, а ведь таких семей в Чечне много. Люди трудоустроены, даже депутаты есть. «ЮР» не стал распрашивать депутатов. Мы решили связаться с кем-нибудь из родственников Джохара Дудаева, генерала, первого президента «Республики Ичкерия». В чеченском поселке Ташкала семейство Дудаевых было представлено многочисленными братьями, сестрами и их детьми. Однако глава сельской администрации Лема Сугаипов наотрез отказался говорить о Дудаевых: — Да, живут несколько родственников Джохара Дудаева. Живут и живут. Но я вам ничего говорить не буду — кто вы такая? Приезжайте в администрацию, получите разрешение, а потом уж спрашивайте. Более разговорчив оказался Узаир Тоскаев, глава администрации села, уроженцем которого является Нурпаши Кулаев, террорист оставшийся в живых после нападения на школу в Беслане: — Нет, у нас семьи боевиков никто не проверяет, никакого особого внимания к ним мы не замечаем. Семья Кулаева — жена, малолетние дети — живет нормально. К ним никаких претензий нет. Его никто не оправдывает, но при чем тут семья? Дудаевым и Кулаевым «повезло»: причастные к ним объекты повышенного внимания силовых структур уже либо мертвы, либо находятся в заключении. А вот бывший муж нашей собеседницы Зухры — боевик Анзор Астемиров жив, и силовики надеются, что когда-нибудь он захочет увидеть своего сына и объявится. Правда, никто из представителей силовых структур как республиканских, так и центральных МВД не подтвердил официально «ЮР» факт таких оперативно-следственных мероприятий.

ДОСЬЕ «ЮР»

Анзор Астемиров (амир Сейфулла) Родился в 1976 году в г. Кременчуг Украинской ССР (по другим данным в Тырнаузе). Позже семья переселилась в Нальчик. В начале 90-х годов по направлению ДУМ КБР учится в университете имени имама Мухаммад бен Сауда в Саудовской Аравии. По окончании читает проповеди в одной из мечетей Нальчика. В 1993 году принимает участие в создании Исламского центра КБР. 24 марта 2001 года в городах Минеральные Воды, Ессентуки и ауле Адыгэ — Хабль Карачаево-Черкесии совершены теракты. Анзор Астемиров задержан по подозрению в причастности к ним. Вину доказать не удалось. 14 декабря 2004 года совершено нападение на Госнаркоконтроль в Нальчике. Правоохранительные органы КБР обвинили в организации нападения Анзора Астемирова и жителя Ингушетии Ильяса Горчханова (лидер джамаата «Талибан»). Астемиров был объявлен в федеральный розыск и перешел на нелегальное положение. 13 октября 2005 года в Нальчике произошло нападение на места базирования силовых структур. Информагентство сепаратистов «Кавказ-центр» обнародовало заявление Шамиля Басаева, в котором утверждалось, что нападение осуществили бойцы Кабардино-Балкарского сектора «Кавказского Фронта» под руководством амира Сейфуллы — Анзора Астемирова. Спецслужбы объявили Астемирова в розыск и назначили вознаграждение за информацию о его местонахождении.

КОММЕНТАРИЙ "ЮР"

Леонид Мурзаканов, старший помощник прокурора КБР: — К нам Зухра не обращалась. Пусть обратится лично к прокурору республики. Ее ситуацию рассмотрят. Я не думаю, что там такое явное преследование. Конечно, когда произошло трагическое событие в Нальчике, оперативные службы обязаны были отслеживать всех, кто каким-то образом причастен к задействованным силам. Но сейчас, думаю, такого уже нет. Это очень трудоемкий процесс — за каждым следить. Может быть, давление только на бытовом уровне — от людей, соседей, тех семей у кого кто-либо погиб, но не от властей. С первых дней после случившегося президент республики сразу же поставил задачу — близкие и семьи не должны пострадать из-за действий преступника. Мы этого не допустим. Досье «ЮР» Джохар Дудаев — первый президент «республики Ичкерия». В прошлом — генерал-майор ВВС СССР. Был женат на Алевтине (Алле) Дуда­евой, урожденной Куликовой. Двое сыновей Авлур и Деги, дочь Дана. По сведениям из открытых источников, семья Дудаевых проживает в Литве, Авлур — под именем Олега Давыдова, имя и фамилию сменил официально. Ахмед Закаев — бригадный генерал, министр иностранных дел «республики Ичкерия». Ранее занимал посты министра культуры и вице-премьера. Объявлен Генпрокуратурой во всероссийский и международный розыск по обвинению в терроризме. Получил убежище в Великобритании как политический беженец. Там же проживает его семья. Аслан Масхадов — президент «республики Ичкерия». Уничтожен 8 марта 2005 года спецназом ФСБ. Оставил после себя вдову, сына Анзора и дочь Фатиму, проживающих за рубежом. Многие дальние родственники Масхадова были похищены в Чечне в конце 2004 года. По мнению сотрудников правозащитного центра «Мемориал», похищение родственников Аслана Масхадова преследовало цель оказать на него давление и вынудить сложить оружие. После его гибели они были освобождены. Шамиль Басаев — один из руководителей «республики Ичкерия», бригадный генерал. Организовал ряд диверсионных операций и террористических актов на территории РФ. Внесен в списки террористов ООН, Госдепартамента США и Европейского союза. Был женат четыре раза. Первый раз женился в 1992 году на уроженке Абхазии Индире Джения. Вторая жена — чеченка, погибла в середине 1990-х годов. Сообщение о третьем браке появилось 14 декабря 2000 года. 23 февраля 2005 года Басаев женился на кубанской казачке из Краснодарского края (сестре одного из боевиков). Имеет сына от первого брака и дочь. По некоторым данным, первая жена Басаева с сыном были перевезены в Абхазию. Мовлади Удугов — министр информации и печати, министр иностранных дел, директор Национальной службы информации «республики Ичкерия». Один из основателей сайта «Кавказ–Центр». Объявлен в федеральный и международный розыски по обвинению в организации и участии в нападении боевиков на Новолакский район Дагестана в сентябре 1999 года. Дважды женат (по другим сведениям, трижды), как минимум 4 детей. О местонахождении членов семьи данных нет. Зелимхан Яндарбиев — в 1996—1997 годах исполнял обязанности президента «республики Ичкерия». Жена — Малика Яндарбиева, дети: старший сын Бешто — сбит машиной, приемный сын Абдусалам — убит при зачистке в Чечне, Дауд — пострадал при убийстве отца, дочь Аминат. Проживают, по последним данным, в Катаре. Расул Макашарипов — в качест­ве личного помощника и переводчика Басаева принимал участие в нападении на Ботлих в 1999 г. Возглавил диверсионно-террористическую группу «Шариат», специализирующуюся на организации терактов и убийствах сотрудников правоохранительных органов. Убит в перестрелке в Махачкале в июне 2005 года. Жена — Динара, по последним данным, проживала в России, второй ее муж — пропал без вести.

Светлана ЛУКЬЯНЧИКОВА


 
 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:




НАШ ОПРОС НА САЙТЕ
Нравится ли вам наш новый дизайн?

Да
Нет
Нормально


ЮЖНЫЙ РЕПОРТЕР
Общероссийская независимая газета Южного федерального округа Южный репортер издается в формате общественно-
политического еженедельника.
Южный репортер ориентирован прежде всего на людей с активной жизненной позицией, преуспевающих предпринимателей и политиков, представителей бизнес- и политических элит.

ПОДПИСКА
Открыта подписка на газету Южный репортер на первое полугодие 2008 года
Наш подписной индекс: 65050

ПАРТНЕРЫ
Интерфакс

Новая газета Кубани
ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ
Южный Репортер
 
Главная страница  |  Новое на сайте  |  Обратная связь  |  Карта сайта 

COPYRIGHT © 2005-2017 Южный репортер При перепечатке гиперссылка обязательна