ПОЛИТИКА
Вертикаль власти
Утечка информации
Наше мнение
Для служебного пользования
Коридоры власти
Детектор правды
Партия власти
Тема номера
Рычаги влияния
Дебаты
Специальный репортёр
Без Комментариев

ЭКОНОМИКА
Обзор рынка
Рейтинг компаний
За компанию
Нацпроекты
Деловой климат
Рейтинг
Паблисити
Цена вопроса
Правила игры
Наш прогноз

ОБЩЕСТВО
Наше расследование
Наше дело
Наши люди
Наши деньги
Личное дело
Наша жизнь
Наш взгляд
Власть закона
Вокруг ЮФО
Южная неделя

КУЛЬТУРА
Наша культура

СПОРТ
Новости спорта
Мужские игры



ГЛАВНАЯ     ПОЛИТИКА     ЭКОНОМИКА     ОБЩЕСТВО     КУЛЬТУРА     СПОРТ   

Они устали

Категория: Общество, Вокруг ЮФО  |  автор: admin
Министр Таймураз Касаев улыбчив, энергичен и очень молод для министра. Однако про осетино-ингушский конфликт 1992 года знает не понаслышке. Он — уроженец поселка Южный, где и начались трагические для обоих народов события. — В то воскресенье нас с отцом в Южном не было, мы ездили на фамильный праздник Касаевых (что-то нечто сбора представителей фамилии), — вспоминает министр. — В 12 часов дня мы узнали, что в поселке — война. У нас там остались мать и брат. Отец, ему тогда 80 лет было, решил вернуться домой, несмотря ни на что. Мы буквально пешком, по Тереку, добирались до Южного. Сначала не пускали милиционеры, потом — обстреляли свои же из берданок, но на вторые сутки мы зашли в дом. Сосед-ингуш, нередко бывавший у нас в гостях, сказал тогда моему отцу: «Ваш дом будет моим». Мать и брата мы выводили из зоны войны глубокой ночью. Кто знал тогда, что сейчас я буду вести переговоры с моими же бывшими односельчанами, которые живут в стихийном поселении близ поселка Майский? И главный вопрос у меня к ним такой — объясните вашу логику, чего вы ждете? В стихийном поселении близ Майского остались 19 семей. Самых упорных. — Они незаконно занимают этот земельный участок — бывшее пастбище поселка Майский. Администрация Пригородного района подала на них в суд, на отселение. Мы отвели им земельные участки, бесплатно установили вагончики, целый ряд, переезжайте, даже туалеты поставили, воду подвели, свет. Но они не переезжают, — удивляется Таймураз. — У нас есть сведения, что там ночует бывает не более пяти семей, в основном они у родственников проживают. Но — требования выдвигают регулярно. В самом начале моей карьеры на этом посту я получал по 10–15 жалоб ежедневно с мольбами о переселении из-под высоковольтных проводов. Но тогда этот вопрос было сложно решить. Ведь большинство проживавших не имели никакой собственности на территории республики до конфликта: кто жил в общежитии, кто снимал квартиру. Теперь — после распоряжения полпреда в ЮФО Дмитрия Козака — этой категории граждан пошли навстречу: выделили земельные участки, установили социальную норму — по девять квадратных метров на человека. Если в семье шесть человек, то, пожалуйста, девять умножайте на шесть и из этих расчетов получайте финансовые средства, чтобы смогли хотя бы как-то обосноваться. По размеру субсидий, выдаваемых этим ингушским семьям, никто сравниться не может, в Чечне, к примеру, в два раза меньше люди получают. Зимой приходилось все делать форсированно. И большинство людей все-таки переселились в Новый в добровольном порядке. Но вы не представляете себе, как тяжело шел этот процесс! Людей шантажировали, приезжали эмиссары с той стороны, угрожали, агитировали — не подниматься. — А что их там удерживает? Возможно, им платят за упорст­во? — Я не могу сказать наверняка, но такие мысли есть. Кто-то очень заинтересован в том, чтобы решение этой проблемы затянулось. Особенно теперь, когда президент Путин установил окончательный срок урегулирования последствий осетино-ингушского конфликта — июль 2007 года. Представители Ингушетии на этой проблеме всегда спекулировали и перед Минфином России, получая в бюджет дополнительные средства. Сейчас все эти финансовые транши перекроются. Зона особого экономического благоприятствования, выросшие на всем этом «Сибнефть», «БИН-банк» и так далее. Это все звенья одной системы. К сожалению, ингушскому обществу не хватает общественных или национальных лидеров, понимающих всю негативность ситуации и того, что они пропагандируют. В личных разговорах со мной многие государственные и общественные мужи Ингушетии говорят: «Да, это надо забыть и просто жить». Но сделать это же заявление внутри ингуш­ского общества они не в состоянии, потому что тут же станут изгоями. Сегодня на этой проблеме пытаются заработать в первую очередь политические очки. На одной из встреч я как-то сказал, представьте себе — проблема Пригородного района решена, что будут делать сотни представителей политического и государственного аппаратов Ингушетии? Надо будет придумать какую-нибудь еще проблему, вдолбить ингушскому обществу, что эту проблему надо решать, и опять на этом жить. Люди, проживающие в стихийном поселении близ Майского, стали заложниками чьих-то политических игр. Майское являлось рычагом давления на органы власти. — А может, стоит сделать такой безрассудный шаг — дать людям то, что они требуют, чтобы решить уже все проблемы? — А другие? Как только мы пойдем на уступки одним, все остальные выдвинут такие же требования. Мы ведь осознаем, что 20 семей, оставшихся в стихийном поселке, — это незначительная часть тех, кто проживает сейчас на территории Ингушетии и нуждается в государственной помощи. Их более семи тысяч таких наших граждан. Естественно, что мы решим и эту проблему. Система шагов, которую мы сегодня предлагаем, на наш взгляд абсолютно реальна. 500 человек из этой группы могут вернуться хоть сейчас, у них нет никаких документальных препят­ствий. Еще четыре тысячи не имеют прав собственности на территории республики. Остаются 2,5 тысячи человек, у которых есть препят­ствия для возвращения, так как они хотят вернуться в «проблемные районы»: Ир, Октябрьское, средняя часть селения Чермен и водоохранная зона. Здесь должен быть найден компромисс. Нас спрашивают — почему другим жителям водоохранных зон, не ингушам, кому квартиру дали, кому земельный участок? Мы согласились, хотите квартиры — пишите заявления, и мы дадим вам квартиры в спальном районе города. Хотите в центре — хорошо, в 500 метрах от здания правительства можем по­строить три многоэтажных дома силами ФМС. Нет, говорят — хотим земельный участок. Пожалуйста, в Пригородном районе, в Новом или в районе Карца. Нет, там не хотим, тут у нас кладбища. Тогда — через Терек от вашего поселения, на расстоянии 700 метров от кладбища, даем землю. Не хотят. Мы предложили пять вариантов, и ни один из них ингушей не устроил. Они хотят теперь обустроиться в южной части Владикавказа, в бывшей зоне питомников. Сейчас там заросли. Значит, предстоит вырубка леса, проведение всех коммуникаций. Это многократно увеличивает объем федеральных финансовых средств (если сегодня нужно на все про все примерно два миллиарда, то здесь — около девяти миллиардов рублей), и на 10–15 лет откладывает решение осетино-ингушской проблемы. Нам всегда предлагают нереальные решения вопросов. — Как идет возвращение в Ир, Октябрьское и Чермен? — Процесс возвращения затруднен по субъективным обстоятельствам. Вот просится у нас Богатырев, хочет вернуться. Я, говорит, никого не убивал, я вообще здесь не был. Задаю ему вопрос — Исрапил, вот ты хочешь вернуться на улицу Островского, в свой дом номер три. Скажи, а ты сможешь там спокойно жить? Он говорит — нет. Потому что там много убитых осетин. Мы же не можем его круглые сутки сторожить, год, два, три — чтоб ничего не произошло. Не могу я допустить такой напряженности, я отвечаю за это, за межнациональные отношения! Сегодня в результате наших усилий, к примеру, в Южный мы завезли 10 ингушских семей. Да, ни одна семья там не живет, посмотрели дома, закрыли и уехали. Знают, что жить в них они не смогут. У осетина погибли в семье трое, и у ингуша погибли трое. И этот кровник, и тот — что от них ожидать? Я, зная внутренне состояние таких людей, не могу рисковать миром. — По-моему, все уже устали от этой проблемы. — Нам надоело, что на протяжении 15 лет нас — осетин и ингушей — считают сиамскими близнецами. Осетия у граждан России ассоциируется только с осетино-ингушским конфликтом 1992 года. Мы хотим, чтобы люди спокойно стали смотреть в будущее, и ингуши, и осетины, и… чиновники.

ДОСЬЕ «ЮР»

Таймураз Касаев родился 11 августа 1963 года в с. Фиагдон Ардонского района Северо-Осетинской АССР. В 1981 году работал слесарем по ремонту оборудования в производ­ственно-мебельном объединении «Казбек». В 1989 году окончил Северо-Осетинский государственный университет, экономический факультет. С 1989 года занимался молодежной политикой, став в 1995 году председателем Комитета РСО-Алания по делам молодежи. В 2000 году закончил Российскую академию государственной службы при Президенте РФ по специальности «Государственное и муниципальное управление». В 2004 году назначен министром РСО-Алания по делам национальностей.

Комментарий «ЮР»

Виктор Анпилогов, первый заместитель полпреда в ЮФО: — Проблема осетино-ингушского конфликта затяжная, уже 15 лет прошло с тех трагических событий – а мы все решаем. Год назад полпред в ЮФО Дмитрий Козак установил конкретные временные сроки решения этой проблемы. В срок до 1 декабря 2006 года назначили подачу документов. Далее каждая семья, подавшая заявление, до середины текущего года обязана предоставить пакет документов, подтверждающих их претензии, и только тогда беженец получит все виды государственной поддержки. Бесконечно продолжать эти процессы невозможно. Сегодня есть решение суда, и оно осталось в силе после всех обжалований, поэтому «именем закона РФ, в соответствии со статьей такой-то» людей нужно отселять. И мы, как орган администрации президента, и республика, как регион, вынуждены будем исполнять властные функции на местах. Не хотелось бы, чтобы это было именно так: приедут судебные исполнители, перепишут все, люди начнут уходить от встречи с властями. Лучше — добровольно. Мы обязаны дать людям условия, пусть они дальше там доказывают свои права, но живут в нормальных условиях.

Светлана ЛУКЬЯНЧИКОВА


 
 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:




НАШ ОПРОС НА САЙТЕ
Нравится ли вам наш новый дизайн?

Да
Нет
Нормально


ЮЖНЫЙ РЕПОРТЕР
Общероссийская независимая газета Южного федерального округа Южный репортер издается в формате общественно-
политического еженедельника.
Южный репортер ориентирован прежде всего на людей с активной жизненной позицией, преуспевающих предпринимателей и политиков, представителей бизнес- и политических элит.

ПОДПИСКА
Открыта подписка на газету Южный репортер на первое полугодие 2008 года
Наш подписной индекс: 65050

ПАРТНЕРЫ
Интерфакс

Новая газета Кубани
ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ
Южный Репортер
 
Главная страница  |  Новое на сайте  |  Обратная связь  |  Карта сайта 

COPYRIGHT © 2005-2017 Южный репортер При перепечатке гиперссылка обязательна