ПОЛИТИКА
Вертикаль власти
Утечка информации
Наше мнение
Для служебного пользования
Коридоры власти
Детектор правды
Партия власти
Тема номера
Рычаги влияния
Дебаты
Специальный репортёр
Без Комментариев

ЭКОНОМИКА
Обзор рынка
Рейтинг компаний
За компанию
Нацпроекты
Деловой климат
Рейтинг
Паблисити
Цена вопроса
Правила игры
Наш прогноз

ОБЩЕСТВО
Наше расследование
Наше дело
Наши люди
Наши деньги
Личное дело
Наша жизнь
Наш взгляд
Власть закона
Вокруг ЮФО
Южная неделя

КУЛЬТУРА
Наша культура

СПОРТ
Новости спорта
Мужские игры



ГЛАВНАЯ     ПОЛИТИКА     ЭКОНОМИКА     ОБЩЕСТВО     КУЛЬТУРА     СПОРТ   

Продюсер

Категория: Политика, Детектор правды  |  автор: admin
— Дело о клевете не могло не развалиться, это был чистый подлог. Во-первых, слова и выражения, на которые ссылался истец, перефразированы, а во-вторых, имели место явные злоупотребления со стороны бывшего краевого прокурора Калугина (Валерий Калугин ушел на пенсию и теперь работает представителем губернатора и правительства в Госдуме Ставропольского края — «ЮР»). Бывший прокурор соврал, будто интервью, которое я давал журналисту «Московского комсомольца», состоялось в Ставрополе. — Разве так важно, где именно Вы говорили с журналистом? — Это имеет огромное значение. Ведь, если интервью напечатано в столичном «МК», Черногоров должен был обратиться к московскому прокурору и в московский суд, чего он, разумеется, не сделал, понимая, что на эти инстанции у него не хватит влияния. А в краевой прокуратуре, конечно, легче, поскольку он с прежним прокурором находился в очень тесных отношениях. Мне, кстати, известно, что одной из причин снятия прокурора Калугина было как раз то, что он явно становился на сторону губернатора, допуская беспредел. — Скандал разгорелся после того, как Вы в интервью обвинили губернатора в приватизации государственной дачи «Стрижамент». Суд снял с Вас обвинение в клевете. Это потому, что удалось доказать незаконную приватизацию? — На сегодняшний день никто не знает, чья это дача. Управление юстиции не может зарегистрировать данный объект недвижимости, так как правительство Ставропольского края не подает на госрегистрацию. — Но это же не значит, что Черногоров ее приватизировал… — А вы можете доказать обратное? Объект не стоит на учете и имеет непонятный статус. Допустим, я губернатор. Я могу заключить с вами договор купли-продажи на дачу и жить с этим договором 10-15 лет, не предъявляя его в госрегистрацию. А потом, когда кончатся губернаторские полномочия, приду с этим договором и скажу, что это мое. И чиновник обязан будет сделку зарегистрировать. Сегодня официальное объяснение, что под «Стрижамент» создано специальное государственное унитарное предприятие. Но почему тогда дача не зарегистрирована на это предприятие? Непонятно, у кого она находится в оперативном управлении. Объект висит в воздухе. А, по моим сведениям, дача Черногорова. Губернатор не может опровергнуть это и доказать, что она государственная. Поэтому суд и пришел к такому мнению. Если Александр Леонидович обяжет нового министра имущественных отношений зарегистрировать объект, тогда я пойму. А главное, мне, как депутату, непонятно, если дача государственная, почему на ее территорию не пускают меня? Почему я, как законно избранный представитель власти, не могу там отдыхать или проводить какие-то семинары? Но у ворот стоит охранник и говорит мне: «Пошел вон!» Я говорю: «Ведь это собственность, созданная на деньги края, почему мне нельзя?» «Пошел вон!» И такой ответ для всех, кроме семьи Черногорова и его гостей. Если не верите, попробуйте сами пройти, вас тоже не пустят. — Еще один иск о клевете связан с Вашими утверждениями о контактах губернатора с Басаевым. — Что интересно, иск подписан прежним прокурором в день его увольнения. А вообще, конфликт, связанный с Басаевым, длится давно. Началось все с того, что Черногоров привез сюда какого-то бакинца, пообещавшего поставить нефтепродукты из Азербайджана в обмен на зерно. На самом же деле, в Чечне погрузили полный состав дизтоплива, сделали на него бакинские документы и перегнали в Ставропольский край. А потом, в 97-м году, вдруг к нам приехали представители Ичкерии за обещанным миллионом долларов, который им должны были «откатить» со сделки. Тогда на заседании Думы Черногоров сам сказал, что к нему приехали люди Басаева и он не может понять, куда делся миллион долларов. Я ему тогда говорил: «Александр Леонидович, подумайте, почему эти деньги они требуют у Вас?» А он — нет, это ты мне скажи. Но кто завозил нефть в край, я или он? После этого все затихло, а когда я в интервью выразил сомнение, не пошли ли эти деньги на теракты, губернатор обиделся. Главное, я пять лет назад опубликовал статью по этому поводу в газете «Вечерний Ставрополь», и все это время он молчал. А теперь вдруг почувствовал, что задеты его честь и достоинство. Впрочем, у меня есть видеозапись этой встречи с чеченцами. И я передал ее в ФСБ. — А откуда у Вас взялась эта запись, Вы втихую вели наблюдение за своим шефом? — Да нет, просто он опрометчиво допустил съемочную группу на переговоры с чеченцами. А ведь тогда уже Чечня была оцеплена санитарным кордоном, свободного перемещения между ней и российской территорией не было. И вдруг Черногоров дает на границу милицейские машины, и команду Басаева провозят в столицу Ставропольского края через все посты. Как это назвать? Меня очень удивляют и тревожат слова президента, когда он сначала говорил о том, что доверяет депутатам региональных парламентов, прислушивается к их мнению при назначении губернаторов. И тем не менее, получив сигнал от депутатов Госдумы, все равно переназначил Черногорова. А на меня теперь идет давление со стороны прокуратуры. Оттуда звонят и угрожают, — вот если ты не прекратишь высказываться о Черногорове, мы тебя лишим полномочий, посадим… — Кто именно Вас запугивал имена, фамилии, даты? — Ну идут такие запугивания, поверьте… И даже без слов видно, что идет прессинг. Был обыск в моем кабинете без всякой санкции, просто зашли, все перерыли, залезли в компьютеры в поисках компромата. После того как фракция «ЕР», принявшая резолюцию о борьбе против Черногорова, проголосовала за его кандидатуру, а потом выпросила у губернатора пост вице-премьера в награду за предательство, я перестал посещать заседания в знак протеста. Если вдруг они попробуют поднять вопрос о моем отсутствии, я объясню, что к чему. Хотя, вообще-то, я на больничном. Было бы странно обсуждать на заседаниях мои прогулы, когда в крае столько проблем — вот хотя бы недавняя перестрелка в Тукуй-Мектебе чего стоит. — Что, и здесь опять губернатор виноват? — То, что в Ставропольском крае повально убивают бизнесменов и руководителей, происходит вследствие слабости Черногорова. Он слабовольный человек, который не может руководить приграничным краем под постоянной террористической угрозой. А вот рядом, например, Ткачев — сильный руководитель, который ничего подобного не допускает. Даже то, что Александр Леонидович уже который срок удерживается у власти, говорит не о его силе, а о слабости. Просто кому-то нужно, чтобы он отработал, отдал долги… Он не контролирует ни экономические, ни политические процессы. Все важные назначения происходят помимо его воли, собственность делят, не считаясь с его мнением. К нему обращаются с просьбами, в которых он не может отказать, при этом прекрасно понимая, что краю будет нанесен огромный ущерб. Главное, поймите, я не враг Черногорова, он неплохой парень, хороший друг… Уверен, после того как он покинет свой пост, мы опять будем дружить. Но, с другой стороны, я его сделал. Я выдвигал Черногорова в свое время, оплачивал его компанию, умолял Зюганова, чтобы он поддержал его кандидатуру. Я привел его к власти и, значит, несу ответственность. И вот теперь я говорю, что он не оправдал моих надежд как губернатор. Но у нас по-прежнему нормальные человеческие отношения. Просто раньше он прислушивался к моему мнению, особенно перед выборами, или когда решался вопрос о его переназначении. А теперь, когда президент решение принял, он слушаться перестал: «Что мне голос народа, голос Разина, я теперь сам себе голова…». — Он больше не нуждается в продюсере? — Ну, если я сейчас начну рассказывать о его состоянии и назову губернатора супербогатым человеком, он опять подаст на меня в суд. Давайте по-другому сформулируем. Когда Черногоров первый раз пошел на выборы, ему не хватало финансов ни на что. Во время избирательной компании я давал ему деньги, чтобы он элементарно мог прокормить семью. Могу гарантировать, что он больше никогда с подобными проблемами не столкнется. Вот только я переживаю, чтобы потом Александру Леонидовичу голову не оторвали за разные дела. То, что в последнее время погибают друзья, управлявшие его имуществом, это очень тревожная тенденция. Пусть бережет себя.

Беседовал Павел БУРИН


 
 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:




НАШ ОПРОС НА САЙТЕ
Нравится ли вам наш новый дизайн?

Да
Нет
Нормально


ЮЖНЫЙ РЕПОРТЕР
Общероссийская независимая газета Южного федерального округа Южный репортер издается в формате общественно-
политического еженедельника.
Южный репортер ориентирован прежде всего на людей с активной жизненной позицией, преуспевающих предпринимателей и политиков, представителей бизнес- и политических элит.

ПОДПИСКА
Открыта подписка на газету Южный репортер на первое полугодие 2008 года
Наш подписной индекс: 65050

ПАРТНЕРЫ
Интерфакс

Новая газета Кубани
ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ
Южный Репортер
 
Главная страница  |  Новое на сайте  |  Обратная связь  |  Карта сайта 

COPYRIGHT © 2005-2017 Южный репортер При перепечатке гиперссылка обязательна