ПОЛИТИКА
Вертикаль власти
Утечка информации
Наше мнение
Для служебного пользования
Коридоры власти
Детектор правды
Партия власти
Тема номера
Рычаги влияния
Дебаты
Специальный репортёр
Без Комментариев

ЭКОНОМИКА
Обзор рынка
Рейтинг компаний
За компанию
Нацпроекты
Деловой климат
Рейтинг
Паблисити
Цена вопроса
Правила игры
Наш прогноз

ОБЩЕСТВО
Наше расследование
Наше дело
Наши люди
Наши деньги
Личное дело
Наша жизнь
Наш взгляд
Власть закона
Вокруг ЮФО
Южная неделя

КУЛЬТУРА
Наша культура

СПОРТ
Новости спорта
Мужские игры



ГЛАВНАЯ     ПОЛИТИКА     ЭКОНОМИКА     ОБЩЕСТВО     КУЛЬТУРА     СПОРТ   

Это и есть мое удовольствие

Категория: Общество, Личное дело  |  автор: admin
В детстве Давид Якобашвили, как и все мальчишки, собирал модельки машин и даже представить себе не мог, что станет известным коллекционером музыкальных автоматов. Шкатулки, шарманки, органы, механические пианино, рояли, музыкальные шкафы, маленькие коробочки и поющие механические птички стали серьезным увлечением для бизнесмена лет семь назад. — Как возник ваш интерес? — У меня так получилось. Мой шведский товарищ-коллекционер (Билл Лидваль, глава строительной компании и собиратель механических инструментов — «ЮР») был серьезно болен и решил, что детям отдавать коллекцию не имеет смысла — распродадут все, и собранное потеряется. Тогда он попросил меня забрать вещицы и сделать музей, я согласился, ну и тоже начал собирать. Потом, когда товарищ скончался, я с еще большим увлечением продолжил его дело. Каждый экспонат из трех тысяч в коллекции дорог для бизнесмена как ребенок. И дело совсем не в растущем спросе на такие вещицы. — Бизнесмены стараются вкладывать средства в другие вещи — яхты, клубы, машины... — Ну, это я тоже себе покупаю, у меня есть мотоцикл, на котором очень люблю ездить. А коллекция — это не вложение средств. Хотя, конечно, мои музыкальные инструменты из года в год растут в цене: особый интерес к таким штучкам проявляет китайский рынок, много покупают. Но я не собираюсь продавать свою коллекцию, по крайней мере, надеюсь, что такой черный день не настанет. Потому что такой разнообразной по составу коллекции нет в мире. Есть, конечно, собрания в Париже, Швейцарии, но не такие объемные. Там есть редчайшие экзем­пляры, которых у меня нет, их очень тяжело найти, к примеру, именные вещи Джеймса Кокса. У меня только одни часы этого мастера, а вот в китайском музее их восемь, в Эрмитаже — три или четыре штуки и еще «Павлин», которого все знают по заставке на канале «Культура». В моей коллекции есть автор­ские работы таких мастеров, как Жак Дроз, Роша, Виши, уже упомянутый Джеймс Кокс. Это великие имена! Как Страдивари в скрипичном искусстве. А уж по разнообразию самоиграющих инструментов моя коллекция самая богатая — и играющее пианино, рояль, танцующий под музыку клоун, поющие птички. Ведь увлечение человечества созданием музыкальных аппаратов началось еще в Древнем Риме, в Древней Греции. Древние мастера по-разному добивались звучания — под напором воды какой-то механизм приводился в движение, духовые инструменты начинали играть. Потом Леонардо да Винчи очень много работал над такими вещами, создавал спецмеханизмы, приводящие в движение музыкальные коробочки и шкатулочки. Правда, у меня таких старинных вещей нет, отсчет начинается с конца 17 века (музыкальные часы). Очень много вещей 18 века, тогда случился ренессанс различных шарманок, шкатулок, часов, поющих птичек. Много предметов делали во Франции, в Германии, в Англии. Причем специально для китайского рынка: часы, шкатулочки, патефоны, граммофоны, шкафчики — с китайскими сюжетами, темами. В 19 веке появились более модернизированные модели: симфонионы, цилиндрические музыкальные шкатулки, которые играли уже на железных цилиндрах (а до этого цилиндры были деревянными), потом пошли (150 лет назад) графонионы, после — граммофоны и патефоны. В 1870-е годы произошел расцвет механических пианино и роялей, и так до 1930-х годов. — Какую музыку исполняют ваши инструменты? — Очень много известных вещей, модных 150—200 лет назад. А если взять роллы, которых у меня больше 15 тысяч штук, так это различная музыка — и Мусоргский, и Верди, и Чайковский. Есть и огромное количество самых первых пластинок — Шаляпин, Карузо, просто голоса людей тех времен. — Неужели эти парафиновые ролики смогли сохраниться? — Все сохранилось. В личных коллекциях на Западе много чего в хорошем виде. Шипит, конечно, но это уже дело техники — оцифровать можно. Когда слушаешь старую шипящую запись Карузо — все равно понимаешь, что в наши времена, наверное, такого голоса нет! Там было перед чем преклоняться. Мы очень много чего реставрируем. Вот часы Кокса сейчас на реставрации в Эрмитаже. Но у нас есть собст­венная мастерская, где работает много народу. Там же в мастерских коллекция пока и хранится. В центре города, на Арбате, мы арендуем помещение. Конечно, все охраняется. Так что украсть что-либо будет сложно: раритеты не маленькие, большие вещи, да и продать их потом по-тихому вряд ли получится. Прежде всего меня знают многие коллекционеры, они со мной связываются. К тому же мониторим аукционы, участвуем в них. — А сталкивались с фальшивками? — Ой, очень много! В этой области столько Остапов Бендеров! Особенно много фальшивок среди лотов русской культуры — «современные Лансере и Фаберже». — Трудно найти людей, которые могут реставрировать такие вещи? — Очень тяжело. Мы таких людей ищем непрерывно. Вот часовщиков хороших у вас там нет, на юге? Мне хорошие часовщики нужны. Мы и жильем обеспечим, и зарплату хорошую дадим. У нас очень много часов — карманных с музыкой, больших настенных, напольных, настольных, каретных. Механизмов более 400 — а часовщиков нет. Наш мастер — золотой, но слишком загружен. Нам бы еще пару. Вот видите, даже рабочие места создаем. Ведь все можно восстановить — программу каждого деревянного ролика для механического пианино или шарманки приходится вручную восстанавливать. Там же все от миллиметра зависит — при воспроизведении музыки каждый зубочек, гвоздочек важен. Конечно, у нас линейки лучше, чем в те времена, штангенциркули тоже лучше, но все равно — это тяжелая ручная кропотливая работа. — Не понимаю вас, Давид Михайлович, зачем все это восстанавливать, если можно просто копить деньги и жить в свое удовольствие? — А я и так живу в свое удовольствие, все вышеперечисленное — мое удовольствие. — А есть ли у вас мечта? То, чего в вашей коллекции нет, но очень хочется? — Много чего хотелось бы: такие вещи, к примеру, как в Эрмитаже. Но у меня тоже есть то, чего нет в Эрмитаже — браслет с поющей птичкой. Это — «Страдивари», штучная вещь. А мечта — по­строить музей для своей коллекции, чтобы люди могли все это увидеть, услышать. Мне предлагали делать выставки — но это тоже очень сложно: в дороге все расстраивается, портится. Нужны определенные условия влажности, температуры. Вот я и подумал, сейчас все отреставрирую, потом все один раз перевезу, по­ставлю в музей — и все. Но это оказалось очень нелегко. Я до сих пор не начал строительство, слишком трудно сдвинуть бюрократическую машину. Я два года собираю документы, хотя у меня место — прямо вот здесь, перед моим носом, возле моего офиса. Центр Москвы, — поэтому очень много терний и преград. — Но вы же не для себя строите, а для России? — Ну, это мало кого волнует. Хотя Лужков (мэр Моск­вы — «ЮР») меня очень поддерживает, решает многие проблемы. Но воз пока и ныне там. Надеюсь, что в этом году начну строительство. Закончу через пару лет. Все-таки помещение большое — 10 тысяч квадратных метров. Зато все поместится. Там будут и экспозиция, и охрана, и штат, и мастерские. Причем не только музыкальные механизмы, у меня же еще есть коллекция серебра и хрусталя. Я заведомо иду на этот неприбыльный проект, ведь во всем мире музеи не окупаются. Но я просто сразу заявил, что все мои коллекции останутся в России. — Пока музея нет, можно увидеть вашу коллекцию? — Да, приходят люди, смотрят. Все мои знакомые, журналисты, чиновники. Большими партиями я, конечно, не могу принимать, а так... приходят за расслаблением. Невозможно понять, как это воздействует на человека, но какой-то эффект релаксации есть. — А кто еще собирает такие коллекции? — Бизнесмены собирают. Дос­тойная коллекция у Виктора Вексельберга (председатель правления ОАО «Тюменская нефтяная компания», президент ЗАО «Ренова»), у Петра Авена (президент «Альфа-банка» — «ЮР»). Но все мы собираем разные вещи. — Будете работать в своем музее в качестве гида? — Вряд ли, может только в исключительных случаях. Кто-то же еще и работать должен, на все эти удовольствия деньги копить. Досье «ЮР» Давид Якобашвили родился в 1957 году в Грузии. Учился в Грузинском политехническом институте в Тбилиси. Специалист в области строительства и финансов. В 1992 году стал одним из основателей компании «Вимм-Билль-Данн». С июня 2001 года является председателем совета директоров компании «Вимм-Билль-Данн». Председатель правления компании «Тринити», председатель советов директоров «Центрально-Европейской пивоваренной компании (ЦЕПКО)» и компании «Русагропроект». Женат, воспитывает ребенка.

СПРАВКА «ЮР»

Всего в компании «ВБД» 37 перерабатывающих предприятий в России, Грузии, Украине, Средней Азии. Товарооборот в 2006 году составил $1,8 миллиардов. В ЮФО — Ессентук­ский завод минеральных вод, ОАО «Молочный комбинат» в Тимашевске, ЗАО «Гулькевичский маслозавод» в г. Гулькевичи. А также филиалы в Краснодаре, Волгограде и Ростове-на-Дону.

Светлана ЛУКЬЯНЧИКОВА



 
 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:


НАШ ОПРОС НА САЙТЕ
Нравится ли вам наш новый дизайн?

Да
Нет
Нормально


ЮЖНЫЙ РЕПОРТЕР
Общероссийская независимая газета Южного федерального округа Южный репортер издается в формате общественно-
политического еженедельника.
Южный репортер ориентирован прежде всего на людей с активной жизненной позицией, преуспевающих предпринимателей и политиков, представителей бизнес- и политических элит.

ПОДПИСКА
Открыта подписка на газету Южный репортер на первое полугодие 2008 года
Наш подписной индекс: 65050

ПАРТНЕРЫ
Интерфакс

Новая газета Кубани
ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ
Южный Репортер
 
Главная страница  |  Новое на сайте  |  Обратная связь  |  Карта сайта 

COPYRIGHT © 2005-2017 Южный репортер При перепечатке гиперссылка обязательна