ПОЛИТИКА
Вертикаль власти
Утечка информации
Наше мнение
Для служебного пользования
Коридоры власти
Детектор правды
Партия власти
Тема номера
Рычаги влияния
Дебаты
Специальный репортёр
Без Комментариев

ЭКОНОМИКА
Обзор рынка
Рейтинг компаний
За компанию
Нацпроекты
Деловой климат
Рейтинг
Паблисити
Цена вопроса
Правила игры
Наш прогноз

ОБЩЕСТВО
Наше расследование
Наше дело
Наши люди
Наши деньги
Личное дело
Наша жизнь
Наш взгляд
Власть закона
Вокруг ЮФО
Южная неделя

КУЛЬТУРА
Наша культура

СПОРТ
Новости спорта
Мужские игры



ГЛАВНАЯ     ПОЛИТИКА     ЭКОНОМИКА     ОБЩЕСТВО     КУЛЬТУРА     СПОРТ   

Фигурный компромисс

Категория: Политика, Детектор правды  |  автор: admin

Клановый рефлекс

— Официальная процедура назначения на пост главы республики известна. Закулисная тоже — кандидата, на которого делают ставку, тестируют на самом высоком уровне. Какова предыстория Вашего назначения? — Обычная: сначала беседа с полпредом в ЮФО Дмитрием Козаком, потом — с президентом РФ Владимиром Путиным. Желающих стать главой Дагестана было много. Никаких усилий в плане поездок куда-то или просьб я не прилагал. Может, в отличие от многих (никого не хочу обидеть), я знал, сколько проблем и замороженных конфликтов здесь накопилось. Думаю, с учетом моего жизненного и политического опыта Владимир Путин, который знал меня с 1999 года и наблюдал за происходящими здесь событиями, и оказал мне доверие. В беседе с ним я изложил некоторые тезисы послания: в том числе, о борьбе с терроризмом, клановостью и коррупцией. — Даже для рядового жителя Дагестана не секрет, сколько стоили те или иные министерские портфели, кресла мэров и глав районов. Как Вы собираетесь бороться со сложившейся за многие годы системой? — Такой исторически сложившейся системы в Дагестане нет. То, что происходило последние 10-15 лет, было отступлением от нашей культуры. Вспомните советские времена — клановость и коррупция во власти были просто недопустимы. А поскольку о традиции говорить не приходится, можно с этим бороться, что я и продемонстрировал при формировании нового состава республиканского правительства. Многое зависит от практической работы: теперь все понимают, что, когда освобождается какая-то должность, не надо ко мне идти и просить: «Нельзя ли туда брата или свата?». Если не понимают, я помогаю понять. А некоторым и до меня объясняют — мол, напрасно идешь. Коррупция — болезнь не только Дагестана. Если бы нам Москва на собственном примере показывала, что какие-то вопросы можно решить без взяток, было бы гораздо легче. К сожалению, взяточничество пустило корни по всей стране. За 15 лет в Дагестане выросло целое поколение кадров, для которых власть была частью их бизнеса — смотрели на нее, как на добычу. За короткий период переломить ситуацию сложно. И вообще невозможно, если во всей стране не будет вестись такая борьба.

Необозначенное противостояние

— Наверняка в республике есть влиятельные люди, которые не хотят перемен. Вы уже столкнулись с противостоянием? — Нет никого, кто выступил бы открыто. Да и против чего выступать? Один из арестованных недавно глав района (глава Ногайского района Асан Мамаев подозревается в получении взятки — «ЮР») сидел в зале, когда я говорил о борьбе с коррупцией, и даже аплодировал. Теперь он сидит в другом месте. На другого (глава Кумторкалийского района Сапиюлла Карачаев — «ЮР») возбудили уголовное дело за превышение служебных полномочий. Самые рьяные противники — чиновники, ведь, если бы не воровали и не разбазаривали средства, республиканский бюджет не был бы таким, какой есть. Пофамильно их назвать не могу — они же сами себя не называют пока. Может, потом назовут. Но сейчас все декларируют, что готовы мне во всем помогать. Кто-то наверняка думает, что мои заявления это просто кампания — мол, поговорили и забыли. Но я не в том возрасте, чтобы просто говорить, и действительно хочу поправить ситуацию. Я достаточно долго в политике и много видел в жизни, чтобы понимать — у меня много крепких, зубастых противников, не желающих перемен. Если сумеют перебороть себя и встроиться в общую систему — ради бога. Если нет, с ними будет то же, что с теми, о которых я ранее говорил. — Вы — один из немногих республиканских чиновников, которые никогда не были замешаны в коррупционных скандалах. Неужели Вас никогда не пытались подкупить? Или Вы не попадались? — Да? Что вы говорите? (Алиев от души смеется — «ЮР»). Конечно, пытались давать взятки еще с советских времен, когда я работал в обкоме. Но это такое дело, ведь если человек берет то, что ему пытаются дать, то потом никогда уже не остановится. А если он тому, кто пытается дать, в ответ дает по рукам, к нему уже не придут — сарафанное радио сработает. Того, что у меня есть, вполне достаточно, чтобы нормально работать. Я имею в виду не только президентскую работу — может, я бы работал в науке или в другом месте. Если есть квартира, стол, ручка, бумага и голова, в которую вложено достаточно образования, что еще надо человеку?

Тень Дагестана

— Бюджет Дагестана чуть ли не самый дотационный в ЮФО. Это тоже следствие коррупции? — Частично, да. В течение трех лет Дагестан не выполнял плановые показатели по сбору налогов. То же происходило первые два месяца 2006-го: ни один район, ни один город план не выполнили. Я встретился с главами — пояснил, что, если налоги не будут собраны или показатели многократно занижены, им не работать. И за 20 дней они собрали то, что не могли собрать за два месяца — полмиллиарда рублей. Кто-то сделал работу добросовестно, кто-то из чувства страха, ведь никто не хочет отлучаться от бюджетных кормушек… Вот так, только путем наведения элементарного порядка, мы к плановым 6,28 миллиарда рублей сможем без особых усилий добавить еще миллиард. А в следующем году удвоить поступление доходов — до 12 миллиардов. — Несмотря на дотационность региона, по количеству автомобилей на душу населения Дагестан — лидер, по объему валютообменных операций — тоже. — Да, народ у нас предприимчивый: при высоком официальном уровне безработицы все где-то крутятся, работают в тени. Многие бы с удовольствием платили налоги государству, но контролеры не дают голову им поднять. Будем работать с контролерами. Если разобраться, наша дотационность не вчера возникла. Мы потеряли экономику республики во многом не по нашей вине, а по вине федерального центра. Разве мы развязали войну с соседней Чечней, в результате чего Дагестан был полностью блокирован: не работала железная дорога, линии электропередач, остановлена вся промышленность? Поэтому, прежде чем нас обвинять в чем-то, пусть там подумают, что мы можем сказать в ответ. — Если республика и по-прежнему будет оставаться такой бедной, ей грозит введение внешнего самоуправления… — Постановка вопроса с введением внешнего самоуправления в сверхдотационных регионах правильная, но регион региону рознь. В каждом случае надо проанализировать, по чьей вине субъект в такой ситуации. Если по нашей — одно дело, если нет — совсем другое. Мы вовсе не будем дотационными, если поставим вопрос ребром: отдайте нам то-то и то-то, чтобы мы были хозяевами того, что есть в республике. Например, от Каспийского моря, где огромные запасы нефти, газа, рыбы, мы ничего не имеем. Ни копейки. Кроме того, что мы в нем купаемся. От границы с Азербайджаном тоже ничего, кроме неприятностей. А ведь пограничные государства имеют от границы огромные доходы…

Горное братство

— Но экономику поднимать все-таки нужно. За счет чего? — В условиях рыночной экономики государство не будет строить у нас крупные предприятия, как было раньше. Поэтому ставку сделаем на развитие малого предпринимательства, агропромышленного комплекса. Прежде чем привлекать иностранные инвестиции, обратимся к нашим землякам. Вот недавно был у меня предприниматель, депутат Госдумы из Ханты-Мансийска, дагестанец. Говорит, и здесь могу открыть предприятия — мол, мне ничего не надо, лишь бы были рабочие места и стабильность. И таких много. Буду разговаривать с нашими предпринимателями в Москве, в Санкт-Петербурге — они же там целые отрасли держат. — Почему там, а не в Дагестане? — Понятно, почему. Здесь им давали по рукам: сюда не лезь — это мое, и туда не лезь — там чужое… Этого больше не будет. — Эксперты предсказывают, что у Вас не хватит человеческого ресурса, чтобы переломить ситуацию… — С кадровым голодом я уже столкнулся при формировании правительства, когда заменил половину министров. Ведь нужно 10-15 человек иметь, один лучше другого, чтобы, когда я ушел, было на кого республику оставить, было из кого выбрать. Но если бы так было сейчас в Дагестане, наверно, президентом, стал бы не я, а человек 35-45 лет. И это было бы нормально. Кадры, конечно, и в республике есть, и за ее пределами. Но их надо готовить для управленческой работы, а на это уйдут годы и годы. Надо убить сложившийся стереотип: идешь во власть — готовь деньги. — Говорят, сын Магомедали Магомедова, заняв пост спикера Народного собрания Дагестана, набирает политический вес и готовится в будущем занять кресло отца. Насколько возможна такая многоходовка? — Магомедсалам Магомедов на новом посту всего два месяца. Поэтому не будем заниматься гаданием на кофейной гуще. Он может стать президентом, а может и никем не стать.

Инга ПЕЛИХОВА


 
 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:




НАШ ОПРОС НА САЙТЕ
Нравится ли вам наш новый дизайн?

Да
Нет
Нормально


ЮЖНЫЙ РЕПОРТЕР
Общероссийская независимая газета Южного федерального округа Южный репортер издается в формате общественно-
политического еженедельника.
Южный репортер ориентирован прежде всего на людей с активной жизненной позицией, преуспевающих предпринимателей и политиков, представителей бизнес- и политических элит.

ПОДПИСКА
Открыта подписка на газету Южный репортер на первое полугодие 2008 года
Наш подписной индекс: 65050

ПАРТНЕРЫ
Интерфакс

Новая газета Кубани
ПОДПИСКА НА РАССЫЛКУ
Южный Репортер
 
Главная страница  |  Новое на сайте  |  Обратная связь  |  Карта сайта 

COPYRIGHT © 2005-2017 Южный репортер При перепечатке гиперссылка обязательна